«НУЖНО ПРОСТО СТАТЬ ДЛЯ НИХ ФЕЕЙ»
Сегодня мы хотим познакомить вас с логопедом фонда, Оксаной Юрьевной Ларионовой. Наша героиня проводит занятия в отделении всего несколько месяцев. Но результаты ее работы впечатляют уже сейчас: у «говорящих» детей заметно улучшилась речь и расширился словарный запас, а «молчуны», наконец, сказали первые в своей жизни слова.
По первому образованию Оксана Юрьевна - медсестра. В стенах Областной больницы, в отделении нефрологии, ей довелось работать десять лет своей жизни. Спустя время, Оксана Юрьевна получила второе образование по специальности «логопедия», после чего снова вернулась в больницу. Но теперь уже в новом качестве.
- Оксана Юрьевна, для начала поделитесь вашими первыми впечатлениями от отделения детской онкогематологии и атмосферы здесь.
- Может это прозвучит парадоксально, но, на мой взгляд, это отделение в больнице самое жизнерадостное. Когда сюда попадаешь, кажется, что ты находишься в санатории или детском лагере. По коридору бегают счастливые дети, стены разрисованы яркими рисунками, есть игровая комната, уютная кухня, множество игр и развлечений. Я отлично помню, каким это отделение было несколько лет назад. Хочу сказать, что это небо и земля. Огромное спасибо, конечно, фонду «Защити жизнь» и всем, кто помог превратить мрачные больничные стены в эту сказку.
- Расскажите, есть ли что-то, что отличает наших подопечных от их здоровых сверстников в плане развития речевых навыков?
- Каких-то специфических нарушений у этих детей я не вижу. По сути, здесь мы работаем с такими же проблемами, как и у здоровых ребят. Но есть некоторые нюансы, связанные с ходом лечения, которые заметно влияют на речь. Конечно же, очень сильно «тормозит» развитие химиотерапия. Как только начинается лечение сильнодействующими препаратами, у многих детей происходит заметный «откат». А в ряде случаев, ребенок и вовсе перестает говорить. Без сомнения, когда речь идет об онкологическом заболевании, самое главное – это обеспечить полное выздоровление маленького пациента. Но для меня, как для логопеда, очевидно, что, если в нужное время не развить у ребенка определенные речевые навыки, то мышцы, которые отвечают за артикуляцию, попросту не сформируются должным образом. И тогда время, когда еще можно было что-то исправить, будет упущено.
- Есть ли какие-то хитрости, которые помогают вам заинтересовать малышей и сделать так, чтобы они с удовольствием шли на ваши занятия?
- Перед тем как прийти сюда работать, я много думала на эту тему. В работе медсестры, если тебе нужно поставить пациенту, скажем, укол, то ты просто идешь и ставишь его. Потому что так положено. В логопедии же все чуток сложнее. Если ребенок не хочет заниматься и убегает, удержать его внимание можно только одним способом – стать для него феей и доброй волшебницей. Я стараюсь находить с детьми те темы для разговора, которые интересны именно им.
- Расскажите, о чем больше всего любят говорить наши подопечные?
- Когда я только начала работать в отделении, ребята тут же стали атаковать меня вопросами про мой дом. Они спрашивали, где я живу, есть ли у меня животные, хотели узнавать, какие у меня цветы на подоконнике. Честно признаться, мне было неудобно говорить с ними на эту тему. Ведь я понимаю, что каждый из них очень хочет поехать домой. Но у меня, в отличие от этих детей, есть такая возможность. Я сильно переживала, что ребят может ранить такая, казалось бы, несправедливость. Но психолог, Юлия Валерьевна, убедила меня в том, что мои опасения на этот счет напрасны. Благодаря ней я поняла, что, когда мы говорим с детьми об их доме, они мысленно переносятся туда, где им хорошо. И пока мы обсуждаем самую любимую тему, работа над постановкой речи и звуков из рутины превращается в приятное путешествие.
- Вы работаете не только над постановкой звуков, но и над запуском речи. Расскажите про самые яркие результаты работы с нашими подопечным?
- Пожалуй, одна из самых трогательных историй связана с девочкой по имени Кира. Когда мы начали с ней работать, она не говорила. И если «речевые» дети играли вместе, общались, то Кира сидела в сторонке. К сожалению, ребенок, который не говорит, не представляет интереса для «речевых» ребят. Ведь они его не понимают, не знают, как строить с ним коммуникацию. Однако, Кира оказалась очень целеустремленной девочкой. Спустя несколько занятий, речь стала появляться. И вскоре, Кира из тихого молчаливого ребенка превратилась в маленькую командиршу, которая уже строит мальчишек. А еще, Кирина мама поделилась со мной историей о том, как дочка позвонила по телефону папе и сказала: «Папа, привет». Папа на том конце трубки не смог сдержать слез, когда услышал первые слова своей дочери.
- Мы знаем, что у вас есть заметные успехи в работе с девочкой, у которой, помимо онкологического заболевания, есть синдром Дауна. Расскажите подробнее об этом случае.
- Да, речь идет о прекрасной малышке Веронике, которой четыре года. Когда я впервые зашла к ней в палату, сразу же обратила внимание на глубокий и осознанный взгляд девочки. Несмотря на отсутствие речи и жестов, было очевидно, что внутри нее таится желание коммуницировать. У меня есть опыт работы с такими особыми детьми, поэтому я знала, какой путь нам предстоит пройти. Благодаря систематическим занятиям Вероника сделала значительный прогресс: сначала появились указательные жесты. Затем началась долгожданная активация самой речи. Сегодня Вероничка умеет показывать пальцем на желаемые предметы, приносит вещи по просьбе взрослых, и главное — начала произносить отдельные звуки и слова. Это достижение стало результатом и моих занятий, и того, что мама Вероники тоже включилась в работу и освоила техники, которые стимулируют развитие вербальных способностей у детей с подобными особенностями развития.
- Что удивляет вас в детях, которые проходят лечение от рака?
- Я всегда поражаюсь душевному богатству и чуткости маленьких пациентов. Однажды я зашла в отделение, и одна из девочек мгновенно заметила маленький порез на моей руке. Ее огромные глаза наполнились искренним беспокойством. Она внимательно посмотрела на меня и ласково спросила: «Вава болит? Где ты так?» Я пояснила, что слегка травмировала палец во время уборки. Малышка немедленно куда-то убежала и вскоре вернулась с маленьким бинтом. Она осторожно забинтовала мой палец и прошептала: «Ты только не болей».
Эти маленькие герои ежедневно ведут борьбу за собственное здоровье и проходят сложнейшие испытания. Вероятно, именно благодаря этому опыту, они приобретают какую-то невероятную эмпатию и доброту. Каждый раз, когда выхожу из отделения, чувствую внутренний покой и тепло. Кажется, будто эти добрые детские сердца оставили в моей душе частичку своей любви и добра.